Форум » Библиотека » Королевство теней » Ответить

Королевство теней

Elina: Ну что, друзья, я настолько воодушевилась повестью Пакостной Бетти, что решила и свои пробы пера сюда закинуть. Очень надеюсь, что понравится. Прошу слишком уж строго не судить) [more]КОРОЛЕВСТВО ТЕНЕЙ Omnia vincit amor. Все побеждает любовь. Вергилий, "Эклоги" Когда-то давно, когда магия еще не покинула этот мир, драконы и феи не скрывались от людей, а грифоны катали на себе по небу детишек, случилась эта история. Она берет начало на обширных землях богатого и процветающего королевства Нармонвальд1, у самой его восточной границы, в окруженном густым лесом величественном и прекрасном замке Эзор. Это было счастливое и беззаботное время для всех жителей страны. У власти стоял дальновидный и добрый король Реджинальд, который правил мудро и справедливо. Но вот однажды, в день, который он и все его подданные ждали с большим нетерпением и волнением, в день, который обещал стать светлым праздником, случилось несчастье. Возлюбленная жена короля покинула этот мир, подарив ему единственного сына и наследника. Новорожденного принца назвали Рауль. Хоть король и был убит горем из-за смерти супруги, его жизнь все же скрашивало появление сына, и спустя какое-то время он устроил в его честь праздник, на который съехалось множество людей, как из Нармонвальда, так и из соседних королевств. Была среди гостей, пришедших засвидетельствовать свое почтение королю и принцу, одна женщина, которую глашатай представил леди Раганой2 – стройная и красивая, с бледной кожей и черными, как вороново крыло, волосами, богато и изысканно одетая. Она принесла подарок – изящный серебряный кинжал с изогнутым лезвием, инкрустированный золотом и драгоценными камнями. Подойдя к колыбели, Рагана взглянула на маленького принца. Почувствовав на себе ее взгляд, малыш почему-то тихонько заплакал, а женщина сказала, обратившись к королю: – Этот ребенок слаб и беспомощен. В нем течет только кровь простого смертного. Возьмите меня в жены, и я рожу вам куда более достойного наследника. Стоит ли говорить, что все присутствовавшие лишились дара речи от подобной наглости! А король Реджинальд аж побагровел от ярости, но прежде, чем он успел сказать хоть слово, дама продолжила: – Не спешите гневаться, ваше величество. Я могу дать очень многое в благодарность за вашу любовь. И многого лишить в наказание за ненависть… – и, глядя на принца, как бы показывая, чего именно она может лишить короля, Рагана нарочито медленно достала из ножен кинжал, а пение его острого, как бритва, лезвия заполнило звенящую тишину, в которую погрузился огромный зал. Но короля это не испугало. – Убирайся, пока я не отправил тебя на плаху! ВОООООООН! – крикнул он так громко, что эхо пронеслось по всему замку, заглянув в каждый его закуток, заставив дребезжать каждое стеклышко. К колыбели уже подоспели опомнившиеся стражники, готовые в любой момент уволочь дерзословку в темницу, но Рагана и бровью не повела, а лишь сказала: – Я еще вернусь… – и тут ее окутало облако едкого фиолетового дыма, а когда он рассеялся, самой дамы нигде уже не было, и лишь принесенный ею кинжал со звоном упал на мраморный пол… После этого король повелел своим лучшим ищейкам во что бы то ни стало отыскать эту ведьму и отправить ее на костер. Он назначил за нее награду и приказал перевернуть все королевство, заглянуть в каждый дом. Он не мог забыть того, с каким презрением она смотрела на его сына, и боялся за него. Понимая чувства Реджинальда, его друзья – правители соседних стран – организовали поиски и в своих владениях. Но шли годы, и постепенно тревоги короля стали угасать, а жизнь его наполнилась радостью. Он всем сердцем любил своего сына, а маленький принц рос таким же, как и его отец – добрым, смелым, ловким и не по годам мудрым. Однажды, погожим летним днем, когда принцу было лет десять, он сидел на траве в тени раскидистого дуба в Эзорском саду и читал книгу. Это была книга о путешествиях, в ней описывались не только земли Нармонвальда, но и все соседние королевства. Раулю еще не доводилось странствовать, и потому он довольствовался чужими впечатлениями, почерпывая их из книг и предвкушая свою первую большую поездку. Он так увлекся чтением, что не сразу заметил стоящую рядом и наблюдающую за ним молодую женщину. Опомнившись, Рауль вскочил с земли и склонился перед леди. Она ответила ему легким кивком и улыбнулась, но улыбнулась как-то зловеще, принцу стало не по себе от этой улыбки и ее холодного взгляда. С минуту она молча его рассматривала, а потом сказала: – Ты Рауль? Быстро же ты растешь. Надо же, не думала, что ты будешь таким миленьким. Принц промолчал, он просто не знал, что на это ответить. А женщина подобрала подол платья и села на траву, взяв в руки книгу Рауля. – Путешествия? Тебя манят дальние страны? – ухмыльнулась она. – Да. Отец обещал, что в следующую поездку он возьмет меня с собой. – А где ты хотел бы побывать в первую очередь? Да садись же, – Рауль повиновался и ответил, поразмыслив пару секунд. – В королевстве Орвелберр, в долине Лок3, где обитают драконы. На них там даже можно прокатиться! – А хотел бы ты, чтобы вся эта долина со всеми ее драконами, и вообще все это королевство принадлежало тебе? – этот странный вопрос заставил Рауля смутиться. – Нет, зачем мне это? – Как это зачем? – женщина удивленно приподняла бровь. – Это ведь огромные земли, богатства, да к тому же даже один дракон – это настоящий подарок для армии. А у Орвелберра их десятки, их войско почти непобедимо. Нармонвальд таким похвастаться не может. Если бы вы покорили Орвелберр, следом за ним вам покорился бы и весь остальной мир. – От войны никогда не бывает ничего хорошего, лишь смерть и разрушения… – тихо ответил мальчик. – Не разбив яйца, омлет не приготовишь, – внезапно жестко сказала незнакомка, но продолжила уже как раньше, приторно-сахарным голосом. – Ну а как же власть? Скажи, разве тебе не хотелось бы стать королем всего мира? – Сложно держать под контролем весь мир. Когда-нибудь я стану королем Нармонвальда, и забота об этих землях – это все, что будет мне нужно. – Видимо, ты еще слишком мал и глуп. Запомни, тот, кто не стремится добиться всего, не добьется вообще ничего! – леди поднялась с земли, с яростью швырнула книгу Рауля на землю, посмотрела на него взглядом, в котором можно было прочесть смесь разочарования и презрения, развернулась и стремительно исчезла в глубине сада, оставив юного принца наедине с его размышлениями. Он спрашивал себя, кто эта женщина, и что же она от него хотела, но не мог найти ответы. Разумеется, это была Рагана, ни капельки не изменившаяся за минувшие годы. Тогда принц не знал, что ему предстоит еще не раз увидеть ее в будущем… 1 От квенийского narmo – "волк" и немецкого wald – "лес" 2 По-литовски "Ведьма" 3 На квенья "loce" – "дракон"[/more]

Ответов - 95, стр: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 All

D.W. Бетти: Привет, Элина! Пока что единственное совпадение с фильмом я нашла лишь в чтении ими книг :) Хотя, костюм Биста-волка на этой картинке (хоть это и по мотивам диснеевских BatB, всё же я этот рисунок готова считать как-бы-иллюстрацией к твоему "Королевству теней") чем-то похож на костюм нового Биста. А ведь эта вещь на 6 лет моложе фильма ;)

Elina: Очень милая иллюстрация, Бетти!)

D.W. Бетти: Спасибо, Элина. Только я не автор этой картинки, я её нашла на Викискладе через статью о BatB в Википедии.

Elina: Все равно, найти же тоже нужно)

Aranel: Правильно, что продолжаешь, мне очень нравится! Ещё планируется в ближайшем будущем?

Elina: Aranel, я рада! Да, как раз сейчас вот, пожалуй, закину) Итак, Эрика приняла предложение Рауля осмотреть замок, и он уже около часа водил ее по широким коридорам и пышным покоям, рассказывая историю королевства и своих предков. Он показал ей музыкальную комнату, несколько гостиных, галереи, кабинеты, салон с охотничьими трофеями, величественный тронный зал и еще три столовые, которые оказались в несколько раз больше той, где уже трапезничала девушка. И хоть Эри всегда так восхищалась красотой дворца Эбермунд, он не шел ни в какое сравнение с замком Эзор, превосходящим в своем великолепии, пожалуй, все строения мира. Однако шик и роскошь никак не могли заглушить чувство огромной безысходности, давящее на девушку со всех сторон. Казалось, стены просто пропитаны одиночеством, а тишина, стоящая вокруг, практически осязаема. Шагая рядом с Раулем к очередным покоям, знаменитым тем, что когда-то в них останавливался кто-то из коронованных особ соседней страны, Эри заметила мелькнувшую в неглубокой нише широкую дверь со стеклянными оконцами, но принц явно намеревался провести свою гостью мимо. Девушка подошла поближе, и ей пришло на ум, что вряд ли за такой красивой и изысканно сделанной дверью окажется каморка со швабрами или ничем не примечательная комната прислуги. К сожалению, рассмотреть, что таилось по ту сторону, Эрике не удалось – за стеклом был кромешный мрак. Рауль, ушедший вперед, огляделся в поисках своей немного отставшей экскурсантки, и увидел, что она уже чуть приоткрыла загадочную дверь, собираясь вот-вот распахнуть ее настежь. В несколько шагов оказавшись рядом с девушкой, волк предупредил ее желание, довольно резко захлопнув створку. Вздрогнув от неожиданности, Эрика обескуражено воззрилась на принца. – Сомневаюсь, что тебе там понравится, – сказал он, а прочитав недоумение в глазах девушки, добавил: – Поверь мне. – А ты понимаешь, насколько сильно разжег мой интерес? – Поинтересовалась Эри, скрестив руки на груди. – Я ведь теперь покоя себе не найду, пока не узнаю, какие секреты ты скрываешь за этой дверью. – Никаких секретов. Я лишь хочу оградить тебя от всего, что может причинить огорчение. Но ты вольна поступать, как считаешь нужным, – произнес принц, сделав шаг в сторону. – У всего есть своя цена, и у любопытства тоже, – ответила Эри, поразмыслив и отметив, как это мило, что Рауль так ее оберегает. – Если мне суждено заплатить за его удовлетворение испорченным настроением, что ж, так тому и быть. Зайдя в загадочное помещение и увидев его в свете зажегшихся свечей и факелов, Эрика поняла, что Рауль был прав. Дверь вела в огромный зимний сад, пребывавший в запустении. Деревья стояли голыми и скрюченными, их опавшие листья устилали пол и шуршали под ногами. Вьюн, опутывавший стены, розовые кусты и всевозможные цветы в гранитных вазонах – все завяло, высохло… В большом живописном прудике не было воды, а в птичьих клетках никто не чирикал и не чистил перышки. Канделябры оказались не в силах полностью разогнать темноту, заползающую сквозь панорамные окна и высокий стеклянный купол, а мрачные силуэты сухих ветвей делали этот сад таким пугающим, таким похожим на Лес Теней. Ощутив, как по спине побежали мурашки, Эрике захотелось оказаться как можно дальше от этого места, но гордость не позволяла ей развернуться и сбежать. Вместо этого девушка несколько надменно прошла вглубь, присела на изящную кованую скамейку и вопросительно взглянула на волка, удрученно осматривавшего мертвые деревья. – Отец рассказывал, что моя мама очень любила этот сад. Но вот, что стало с ним без солнечного света. Даже магия Корвуса не смогла воскресить его. – Как это печально, – вздохнула Эри, задумчиво коснувшись увядшего розового бутона. – Я всегда любила такие места. Они напоминают мне о папе – он был придворным садовником и из всех занятий больше всего любил ухаживать за растениями. В королевском парке Эбермунда он устроил для нас с Фредом и Розали тайное убежище – небольшой домик на дереве. Для нас это был самый волшебный уголок на земле, мы прибегали туда при первой же возможности и в любую погоду, прятали там свои сокровища, делились друг с другом секретами… А однажды Фредди свалился оттуда и вывихнул запястье… – Эрика улыбалась, рассказывая это, но потом улыбка вдруг исчезла с ее лица. – Я обещала, что всегда буду о них заботиться, всегда их защищу… Рауль опустился перед ней на колено, взял за руку и посмотрел в ее грустные глаза. – И ты сдержишь свое слово. Я еще никогда не был так полон решимости разрушить это проклятье. – Спасибо, – Эри вновь улыбнулась. В этот момент она как никогда верила, что вместе им действительно удастся снять злые чары. Как Рауль и предполагал, после незапланированного посещения мрачного зимнего сада Эрику одолели печальные мысли. Желая отогнать их от нее подальше, он ломал голову, что для этого предпринять. И тут его посетила блестящая идея. – Эри, скажи, ты когда-нибудь была на балу? – спросил он, но сразу же прочел ответ в ее удивленном и несколько смущенном взгляде. – Нет, лишь иногда наблюдала со стороны. В такие дни, обыкновенно, у прислуги хватает забот… А почему ты спрашиваешь? – Бежим, – и, не говоря больше ни слова, Рауль схватил девушку за руку и буквально потащил за собой. Эрику такое его поведение невероятно удивило, но она подхватила свои юбки и, предвкушая что-то удивительное, поддержала принца в его сумасбродстве. Они неслись по коридорам так быстро, что у Эри все расплывалось перед глазами, но через несколько минут Рауль остановился. Попытавшись перевести дух, Эрика сделала глубокий вдох, а вот выдохнуть уже не смогла, ибо увидела, куда привел ее принц. Они стояли прямо в центре огромного бального зала. В высоченный расписной потолок упирались колонны из золотисто-кремового мрамора с невообразимой красоты скульптурными капителями. Тысячи свечей, горящие в хрустальных люстрах и канделябрах, отбрасывали блики на позолоту и лепнины. Высокие окна-ниши были обрамлены драпировками пурпурного бархата, а меж оконными проемами висели большие зеркала в золоченых рамах, многократно умножавшие роскошь этого помещения. Узорчатый мраморный пол был начищен до такой степени, что, казалось, будто зал выстроен на заледеневшем озере, чья гладь тоже отражала великолепное убранство. Парадная двойная лестница, напоминавшая по форме подкову, вела на эмпоры и верхний этаж и была настолько широкой, что, казалось, на ней свободно могли разъехаться два конных экипажа. У ее подножий восседали изваяния четырех грифонов с золотыми крыльями и огромными рубиновыми глазами, и находилась дверь, украшенная потрясающим десюдепортом, через которую Рауль и Эрика и попали в зал. Изумленная такой красотой, Эри не могла вымолвить ни слова, осматривая все восхищенным взглядом, а Рауль наблюдал за ней и на душе у него теплело. Но вдруг он заметил, что этот восторг внезапно стал медленно угасать в глазах девушки. – Что? Эри, что не так? – спросил волк, взяв ее за руку. – Темнота… Она такая зловещая. Я все пытаюсь убедить себя, что это всего лишь ночь за окном, но тщетно. Она так давит на меня, Рауль… – Позволь мне помочь тебе. Закрой глаза, – на эту просьбу девушка скептически подняла бровь. – Ты что, не доверяешь мне? – Доверяю, – ответила Эри, повиновавшись волку. Надо отметить, что одно это слово очень его обрадовало. – Хорошо. А теперь представь звездное небо в самую ясную, безлунную ночь. Вспомни, как мерцают и переливаются эти мириады огоньков в бесконечной выси… – Я редко смотрела на звезды, – вдруг прервала его Эрика, все еще не поднимая ресниц. – Видела их красоту, но как будто не замечала. А сейчас я так по ним скучаю… – Поверь мне, скоро ты вновь их увидишь. Можешь уже открыть глаза. Поступив так, Эри ахнула от удивления. – Как ты это сделал? – изумленно воскликнула она, подбежав к ближайшему окну. – Это сделала ты, – в зрачках последовавшего за ней размеренным шагом Рауля плясали озорные чертики, несмотря на свои слова, он выглядел весьма самодовольным. – Я уже забыл, как выглядят звезды, но благодаря тебе могу теперь любоваться их подобием. Эрика водила рукой по оконному стеклу, в которое были инкрустированы сотни идеально ограненных алмазов, сапфиров, изумрудов и других драгоценных камней. Свет свечей, преломляясь в них, казался мерцанием далеких небесных светил. – Конечно, – продолжил Рауль, – они не сравнятся с настоящими звездами, но все же… – Они прекрасны, – вновь перебила его Эри, одарив сияющей улыбкой. – Спасибо! – Всегда к твоим услугам. А теперь, – принц сделал интригующую паузу и вдруг склонился в поклоне. – Позвольте мне иметь честь пригласить вас на вальс. – Вальс?! – изумилась девушка. Только она хотела сказать что-то про невозможность танцевать в полнейшей тишине, как вдруг услышала чарующие звуки скрипок, виолончелей и флейты, льющиеся, казалось, отовсюду. Таким образом, у нее осталась лишь одна вразумительная отговорка. – Но я не умею… – Не беда, я научу. К тому же, это необходимо – ты ведь не хочешь ударить в грязь лицом на грядущем балу в честь разрушения проклятья Теней? Удивительно, как воодушевил Эрику этот оптимизм, которым она столь непредвиденно смогла заразить принца! Словно она сама вдруг всецело поверила в счастливый конец, словно все тени малейших сомнений испарились, уступив место светлым надеждам. Не говоря ни слова, девушка присела в реверансе, как обыкновенно знатные дамы отвечали на приглашения кавалеров на балах в Эбермунде. Эри так часто украдкой наблюдала за этими волшебными действами, не смея даже мечтать, что когда-либо ее ждет нечто столь же грандиозное. А сейчас она стояла посреди наипрекраснейшего в мире бального зала, в роскошном платье, напротив самого настоящего принца, и даже проклятье не могло омрачить этой минуты… Сложно передать, с каким трепетом и волнением Рауль обхватил тонкую талию Эри, словно она была нежнейшим цветком в его больших неловких лапах. Принц никогда не любил танцевать, но сейчас… Сейчас он наконец понял, насколько прекрасным и захватывающим дух может быть вальс. Осознавал он и причину перемены своего мнения – он смотрел ей прямо в глаза. И дело было не в ее красоте или обаянии, а в том, что рядом с ней сердце волка начинало как будто жить своей собственной жизнью, то замирая, то пускаясь вскачь. А Эрика… Сперва она была так неуверенна и скованна, но потом отдалась на волю музыке и позволила Раулю вести себя в танце. Душу ей заполняла удивительная, непостижимая радость, будто каждая нота билась в ее пульсе, заставляя улыбаться. А потом краем глаза она заметила, что по какой-то необъяснимой причине в огромных зеркалах реальность несколько искажается. Возможно, у нее просто закружилась голова, но Эри могла поклясться, что в отражениях она танцевала не с волком, а с человеком… И пусть его зазеркальный облик девушка видела лишь мельком и со спины, этого хватило, чтобы наполнявшая ее радость выплеснулась через край звонким смехом. Почему-то от этого принц несколько опешил – ведь он впервые услышал, как Эри смеется. – Что? – растерянно спросил он, сбившись с ритма и остановившись посреди зала. – Ничего. Просто на мгновение я увидела будущее. И оно прекрасно, – ответила Эрика, улыбнувшись.

Ветер: Спасибо. Ты особо здорово описываешь локации и всякую атмосферу.

Elina: Ветер, спасибо! Я очень рада, что нравится!) Для меня это классный стимул продолжать.

Elina: Порадую-ка я Ветра очередными локациями) На этот раз обсерваторией. Натанцевавшись до такой степени, что Рауль уже начал было в шутку причитать, будто слишком стар для столь продолжительных веселий, и он, и Эрика пребывали в прекрасном настроении. Они отужинали в одной из громадных столовых, что была поблизости. По мнению Эри, там могли уместиться чуть ли не все подданные Лура, и еще остались бы свободные места. А после трапезы Рауль поделился с девушкой своими мыслями. – Знаешь, эти «звезды» в бальном зале не дают мне покоя. И вот, что я вспомнил. Ведь у Корвуса здесь оборудована прекрасная небольшая обсерватория. Думаю, тебе было бы интересно на нее взглянуть. – С огромной радостью, – воодушевилась Эри, беззаветно последовав за принцем. Обсерватория Корвуса находилась в одной из башен замка, Эрика даже успела устать, поднимаясь по ступенькам. Почти половину комнаты занимал огромный телескоп с множеством окуляров, шестерней и ручек для регулировки, а оставшееся пространство чародей оборудовал под свой кабинет. Сколько же там было разных диковинок! Множество книг, всевозможные свитки и манускрипты, календари, звездные карты, затейливые секстанты и астролябии, компас, планисфера и солнечные часы, презанятная модель мироздания и даже небольшая коллекция упавших с неба звезд! Они поразили Эрику до глубины души – она ни в какую не хотела поверить, что эти невзрачные куски камней когда-то могли ярко и маняще сиять на ночном небосклоне. А еще она осознала, как мало ей на самом деле известно о мире, и как сильно она хочет это исправить. Рауль тем временем расхаживал по комнате и вел рассказ, изобилуя названиями и терминами, которые его гостья слышала впервые в жизни. – …После этого случая Корвус и близко не хотел меня подпускать к его храму Урании7, и мне пришлось просить отца, чтоб он выписал мне собственный телескоп из Орвелберра. Тамошние мастера всегда славились искусством изготовления рефракторов и зрительных труб. Все дело в их секрете обработки линз – они так преломляют свет, что… О-о, Эри, стой! Лучше сейчас те рычаги не трогать. Принц так увлеченно рассказывал (ну еще бы, ведь у него наконец-то появился достойный слушатель!), что едва не прозевал момент, когда Эрика с большим интересом начала осматривать мудреный механизм. – Для чего они? – спросила она, выжидательно посмотрев на волка. – Какая же ты, все-таки, любопытная, – с лаской в голосе упрекнул ее Рауль. – Моя мама любит это повторять. Ну я а считаю, разве плохо, что мне хочется узнать больше? – Думаю, это чудесное стремление, но все же стоит соблюдать разумную осторожность. – Знаешь, я только сейчас поняла, что всегда была чересчур осторожной. Вечно руководствовалась голосом разума, боялась рисковать и в своем любопытстве почти никогда не переступала черту, зачастую так и не находя ответов на терзавшие меня вопросы. Но за последние дни я усвоила – если перестаешь осторожничать, в жизни начинают происходить удивительные вещи. – Но удивительные вещи нередко таят в себе массу опасностей, не так ли? – ответил волк, подойдя к Эрике поближе. – Полагаю, что рядом с тобой я могу позволить себе быть капельку посмелее? – сказала она, с легким изумлением осознав, что ведет себя довольно кокетливо, а это было ей несвойственно. – Ведь, если что, ты убережешь меня от беды? – Даже не сомневайся в этом, – заверил Рауль, испытывая какую-то необъяснимую радость от того, что Эри воспринимает его как своего защитника. – Так какую же опасность таят в себе эти рычаги? – спросила девушка, вдруг опомнившись – они с Раулем смотрели друг другу в глаза неприлично долго и между ними уже успела повиснуть длительная пауза. – Темноту, которой ты так боишься. Они открывают разные секции этой куполообразной крыши. В ясную ночь вселенная отсюда как на ладони и кажется, что до звезд можно достать рукой… Но сейчас там лишь кромешный мрак и даже в такой мощный телескоп, как этот, невозможно ничего разглядеть. – Вот как… – проговорила Эри задумчиво. – Тогда неудивительно, что Корвус большую часть времени проводит не здесь, а в библиотеке… – Причина не в этом. Он просто не может ее покинуть. – Что? Почему? – Дело в том, что именно там его застало проклятье Теней. Корвус – один из самых могущественных светлых магов нашего мира, в этом нет никаких сомнений. Но колдовство Раганы очень древнее и невероятно темное, оно буквально пропитано ее злобой. И хоть Корвусу удалось не стать тенью, эта тьма все равно наложила на него свой отпечаток, заключив в оболочку птицы и значительно истощив его возможности. В библиотеке его магия сильнее всего, но чем дальше он от своего посоха, тем слабее. Поначалу он все же нередко покидал пределы книгохранилища, но потом кое-что произошло… – тут Рауль пожалел, что заикнулся об этой истории, ему не хотелось, чтобы Эри узнала, кем он чуть не стал от отчаяния и одиночества. Но волк читал в ее взгляде неподдельный интерес, а потому решил не разочаровывать прерванным рассказом и продолжил. – Это случилось, пожалуй, лет двадцать назад, а может, и еще раньше. Проклятье Раганы начало брать надо мной верх, я все больше превращался в дикого зверя. В своем безграничном желании вырваться из этого темного плена, я подолгу пропадал в Лесу Теней, как ты его называешь, пытаясь добраться до границы с соседним королевством. Лишь изредка голод заставлял меня вернуться в замок, но всякий раз, восполнив силы и собрав припасы, я вновь отправлялся обратно. Поначалу Корвус старался мне втолковать, что все это бесполезно, но потом махнул рукой, или, лучше сказать, крылом. Но однажды я не появлялся слишком долго. Так долго, что этот старый ворчун начал переживать за меня, и, надо сказать, небезосновательно. Я забрел настолько далеко, что даже в хрустальном шаре было не разглядеть, жив я или уже мертв. И Корвус принял решение покинуть Эзор и отправиться на мои поиски. Несколько дней он, ведомый магией, летел по моему следу, все больше отдаляясь от замка и все больше слабея. Я до сих пор иногда со страхом думаю, как бы все обернулось, не заметь я те искорки угасающего волшебства… Со мной все было в порядке, я будто одержимый продирался сквозь корчи и сухие ветви, как мне казалось, к свету, на самом деле лишь еще больше забредая в дремучую чащу и с каждым шагом теряя рассудок. Корвус почти нагнал меня, но при этом едва не лишился всех своих сил. Веришь ли, но когда я нашел его, лежащего ничком на земле, кончики его перьев уже становились прозрачными, он едва держался, чтобы не превратиться в тень! Это отрезвило меня, я поспешил с ним в Эзор так быстро, как только мог. Корвус, конечно, поправился, но с тех пор больше не покидал библиотеки, боясь, что за ее порогом проклятье может взять верх над остатками его магии. А я не выходил более за пределы замка. До того дня, пока здесь не появилась ты… Эри слушала эту историю, закусив губу и нервно теребя цепочку, а в глазах у нее было столько печали и сочувствия, что Рауль не удержался и в порыве нежности коснулся ее скулы. А она не возразила и не отпрянула, наоборот, улыбнулась и дотронулась до его руки, прижимая ее к своей щеке еще сильнее. И волку на миг показалось, что все это просто сон, дивное видение, которое в любой момент может растаять. Потому что вряд ли в реальной жизни все может произойти вот так – столь быстро и нелогично. Да, а ведь этот старый ворон, как всегда, был прав… С каждой минутой, проведенной рядом с этой девушкой, Рауль все больше в нее влюблялся. Было уже далеко за полночь, но Эри, хоть и являлась заядлым жаворонком, еще не спала. Она сидела в своей постели и десятый раз к ряду пыталась прочесть одну и ту же строчку из книги о приключениях сэра Рейтенфельса. Однако вместо гигантского морского чудовища, напавшего на корабль, ее разум занимали лишь воспоминания о чудесно проведенном дне. Тем не менее, к ним примешивались и печальные мысли, которые Эрика уже неоднократно от себя отгоняла но, оставшись наедине с собой, это оказалось не так-то просто. Наконец, девушка прекратила попытки дочитать главу и, захлопнув книгу, устало потерла глаза. Утро вечера мудренее, как любит повторять ее мама. Наверняка, у Корвуса уже успели появиться какие-либо идеи насчет того, почему Эри не стала тенью и как это может помочь снять проклятье. Девушка уже готова была переложить книгу на прикроватную тумбу и затушить свечи, но вдруг заметила, что меж страниц что-то лежит. Сперва она подумала, будто это закладка, которой на деле оказался сложенный втрое, пожелтевший от времени листок бумаги. Развернув его, Эри увидела, что это письмо, написанное очень изящным, наверняка женским, почерком. Начиналось оно со слов "Милый Рауль!", а в подписи значилось "С теплом, твоя Д"… Почему-то Эрика почувствовала себя так, словно ее окатили ледяной водой. Как можно быстрее она вновь сложила листок и запрятала его подальше в книгу, которую незамедлительно отправила на тумбу, попутно задув свечи. Все это она сделала лишь для того, чтобы не поддаться соблазну прочесть письмо от начала до конца, но за те секунды, что она держала его в руках, взгляд все-таки выхватил из текста несколько слов, которые она не могла теперь вытрясти из головы – "люблю тебя всем сердцем"... Вся сонливость девушки улетучилась, а мыслей стало еще больше. Ей почему-то захотелось встать и, заламывая руки, измерить шагами всю комнату, но вместо этого она обхватила свои колени и невидящим взором уставилась на всполохи огня в камине. Выходит, что волк рассказал ей далеко не все. Ну разумеется, эта загадочная Д не может быть никем иным, как его возлюбленной. Ох, бедный Рауль! Как много страданий выпало на его долю. Но, черт возьми, что это за гнетущее чувство, которое Эри сейчас испытывает?! Почему ей так хочется и злиться, и плакать? И как она могла быть столь глупой, держаться так ветрено, так несдержанно?! Что она себе напридумывала? Ведь наверняка все действия Рауля по отношению к ней, все его слова – не более чем дружеское обращение, призванное приободрить ее, просто знаки гостеприимства. А она в ответ не раз вела себя с ним столь фривольно, буквально вешалась на шею! Дура! Конечно, Рауль слишком хорошо воспитан, чтобы ставить в упрек ее поведение… Да, за те дни, что Эрика провела в Нармонвальде, она все чаще узнавала себя с новой стороны, и это не всегда ей нравилось. Она стала вести себя не только более смело, но и более дерзко и необдуманно. Куда подевался тот внутренний голос, что раньше всегда уберегал ее от неосмотрительных действий? Неужели его заглушили… чувства?.. 7 В древнегреческой мифологии муза астрономии

Ветер: Интригует очень :) А причина моей любви к разным локациям наверное в том, что в реале мои "обитаемые пространства" довольно тесные - как дома, так и в офисе. Я очень люблю бывать в новых местах и их изучать атмосферу, но я очень не люблю сам процесс поездки, который почти всегда требует затраты нервов, времени и денег. Поэтому всю жизнь буду мечтать о телепортации, или же пользоваться ее суррогатом - виртуальной реальностью



полная версия страницы